Понимание жизни

— Просто ты слишком негибок. Это как в советских фильмах о революции: все «красные» — хорошие и честные, все «белые» — подлецы и сволочи. В реальности так не бывает. Научись смотреть на вещи шире, не дели все на черное и белое. Принимай людей такими, какие они есть, со всеми их достоинствами и недостатками. Что касается Айрис, то могу тебя заверить: сейфов она больше не вскрывает. Но не потому, что стала паинькой, а потому что ей это больше не нужно. И про историю с сейфом я бы тебе никогда не рассказал, если бы сама Айрис хоть как-то пыталась ее скрывать. По мне, так она ею просто гордится, это было одно из первых приключений в ее жизни.

— Не знаю… — Максим пожал плечами. — Я все же считал хакеров более «правильными».

— Так мы и есть «правильные», — усмехнулся Борис. — Загвоздка в том, что понятие «правильные» мы с тобой воспринимаем по-разному. Ты настроен на соблюдение законов, норм общественной морали. А для хакеров есть лишь один закон — закон Духа. Если человек — пустышка, то каким бы правильным он ни был, он нам не интересен, из него никогда ничего не получится. И наоборот, если в человеке есть Дух, то ничего не значит и вся прилипшая к нему грязь мира. Грязь можно счистить, а пустоту не заполнишь ничем.

— Что ты понимаешь под Духом? — поинтересовался Максим.

— Ты же читал Кастанеду — вспомни, как его учитель дон Хуан говорил ему о Духе. Дух нельзя описать, объяснить, идентифицировать — это нечто абстрактное, неуловимое — и, в то же время, такое явное. Как минимум, для магов — они видят присутствие Духа во всем, что их окружает, и выражают Дух своими поступками.

— Дух — это Бог?

— Можно сказать и так, — согласился Борис. — Проблема в том, что это только способ говорить, попытка облечь непознаваемое в более-менее привычные нашему разуму формы. Когда-нибудь ты поймешь, что такое Дух — однако когда тебя спросят, что же это такое, ты лишь с улыбкой пожмешь плечами.

— Но Кастанеда говорит, что Дух можно использовать. А разве можно использовать Бога?

— Вот потому я и говорю, что слова вводят в заблуждение, и понимание Духа не может произойти на уровне разума. Как можно использовать окружающую нас бесконечность? — сама мысль об этом звучит кощунственно. Но когда ты осознаешь, что сам являешься маленькой частицей этой бесконечности, понимание придет само собой. Не на уровне разума — на уровне тела. А осознав себя частью этой безбрежности, ты вдруг понимаешь, что можешь и управлять ею — только потому, что слит с ней в единое целое…

В комнату постучали, затем дверь открылась, Максим увидел Оксану.

— Всё просвещаешь? — спросила девушка, с улыбкой взглянув на Бориса. Потом добавила: — Обед готов. Потом болтать будете…

На обед был борщ — вкусный, украинский. Родители Максима жили на Украине, Максим понимал толк в борще и по достоинству оценил кулинарные способности Галины. Пока ели, разговор сам собой зашел о судьбе Максима.

— А пусть он пока здесь остается, — предложил Роман. — Поживет месячишко-другой — пообвыкнет, осмотрится. Придумает, чем заняться. А там видно будет.

— Я его сновидениям поучу, — вставила Оксана. — А Роман с Денисом морды бить научит. — Девушка с улыбкой взглянула на Максима.

Максим пожал плечами и посмотрел на Бориса, ожидая услышать его мнение.

— Для начала было бы неплохо, — согласился Борис. — Как раз все немножко утрясется, а там, глядишь, и в Ростов вернемся. Хороший город, и если нас там не будет, легионеры совсем разгуляются. Можем и Оксану с собой прихватить. Что скажешь, хранительница?

— Ростов? — Оксана задумчиво покачала головой. — Можно и в Ростов. Там ведь никого из наших пока нет?

— Только Айрис, и то временами, — ответил Борис. — Хотя вас нежелательно сводить вместе. Опять какие-нибудь катаклизмы будут. — Он посмотрел на Максима и пояснил: — В прошлом году они здесь ураган устроили. Потом три дна с улиц поваленные тополя вывозили да провода восстанавливали. Благо, хоть не погиб никто.

— Это была случайность, — с нажимом ответила Оксана. — Айрис учила меня закручивать восходящие потоки. Мы слегка перестарались.

— Ага, — кивнул Борис, зачерпнув ложкой борщ, — и полгорода потом два дня сидела без света.

— Зато какой поток получился, — добавил Роман, все тихо засмеялись. Максим тоже тактично улыбнулся, хотя в целом не понимал, о чем шла речь.

— Значит, на этом и порешим. — Борис взглянул на Максима. — Какое-то время поживешь здесь, поучишься, а потом действительно решим, как нам быть дальше.

— Хорошо, — согласился Максим. — Я не против…

После обеда Борис помог перенести в комнату Максима один из компьютеров, подключил его к внутренней локальной сети. Затем принес два компакт-диска.

— Изучай, — сказал он, вручив Максиму диски. — На одном все о картографии, на втором Пасьянс Медичи. Самое подробное на сегодняшний день изложение. Насчет Интернета: трафик у нас неограниченный, гулять в Сети можешь сколько хочешь. Пока с одним условием: никаких сообщений, никаких писем. Я попрошу Оксану объяснить тебе, как выходить в Интернет, она же объяснит и все правила безопасности. Что касается меня, то я на недельку-другую уеду в Москву, у меня там есть кое-какие дела… — Борис взглянул на часы. — Всё, Максим, мне пора, нужно успеть на вечерний рейс. И не стесняйся никого, здесь ты дома… — пожав Максиму руку, он хлопнул его по плечу и вышел из комнаты.