Утренняя встреча с друзьями

Проснувшись, Максим еще какое-то время лежал, думая о том, насколько это все странно. Поднес руку к лицу, желая узнать время — и понял, что часов на руке нет. За прошедший год он снимал их всего два или три раза. Где же он снял их теперь?

Однако как раз часы волновали его меньше всего. Максим сел на кровати, в боку ощутимо кольнуло. Поморщившись, закатал футболку — большущий синяк. Ну да, это же друг Ваня постарался… Побаливала и нога, Максим с удивлением обнаружил, что место ранения — там, где пуля скользнула по ноге — залеплено пластырем. Потрогал пальцем, под пластырем оказалось что-то мягкое. По ощущениям — кусочек бинта, пропитанный какой-то мазью.

Кое-как одевшись, пошел умываться. Глянул на себя в зеркало, взору предстало лицо бородатого дикаря с длинными спутанными волосами. Надо бы побриться, да нечем. К тому же сначала здесь придется как следует поработать ножницами.

Бритье и стрижку Максим решил оставить на будущее. Быстро умывшись, он спустился вниз.

Первой его увидела Галина — в фартуке, веселая и раскрасневшаяся.

— Здравствуй, Максимка! — сказала она. — Проходи на кухню, все уже там.

— Добрый день, Галина. Спасибо…

Появление Максима на кухне — а точнее, в примыкающей к ней столовой, встретили громкими аплодисментами и смехом. Здесь собрались практически все — слева, спиной к окну, сидели Борис, Рада, Айрис и Данила. Справа за столом устроились Оксана, Денис, Роман и Игорь.

— Салют, Максим! — приветствовал его Игорь, блеснув ослепительно белыми зубами. — Говорят, ты спалил мой дом?

Это заявление встретили еще большим смехом.

— Всем привет! — Максим примирительно поднял руки. — А домика, наверное, действительно нет.

— Да уж куда действительнее, — усмехнулась Айрис. — Нельзя тебе доверять собственность.

— А оброс-то… — сказал Роман, с усмешкой глядя на Максима. — Одеть в рясу, получится настоящий монах.

— После обеда подстригусь, — ответил Максим. — Просто не успел.

— Садись, Максим. — Борис указал на почетное место по центру стола. — Будем праздновать твое возвращение.

— Спасибо… — Максим сел, снова поморщился от боли в боку.

— Как насчет коньячка? — участливо спросила Айрис, все снова захохотали. Максим подумал о том, что они уже все знают.

— Только не коньяка… — сказал он. — Я лучше пива выпью.

Пожалуй, только теперь он смог взглянуть на Оксану. Встретился с ней взглядом, девушка смущенно опустила глаза.

— Никакого пива, — отозвался Роман. — Только медовуха — напиток богов. Куда до него твоему коньяку.

Только теперь Максим понял, что медового цвета жидкость в двух больших пластиковых бутылках была медовухой.

После первого тоста — за возвращение — от Максима потребовали рассказать о его приключениях.

— Расскажу, — кивнул Максим. — Но сначала скажите, как вы обо всем узнали.

— Да очень просто, — отозвался Борис. — Лег вчера днем вздремнуть на часок, заодно решил глянуть, как ты там к отъезду готовишься. Только настроился на тебя, и тут же на меня напал страж. Проснулся, понял, что дело дрянь. Позвонил Раде. Часов шесть до тебя не могли добраться, всякий раз рядом были эти твари. Потом они исчезли, глядим — ты в самолете и какой-то тип поит тебя марочным коньяком. Пока вы летели, мы почти все время рядом были — или я, или Рада. Ну, а как только ты оказался в камере и уснул, тут же и вытащили тебя. Кстати, ты стал заметно сильнее. Год назад этот трюк с тобой бы не прошел. Теперь твоя очередь.

— Кстати, кто из легионеров был с тобой? — поинтересовалась Айрис. — Кому принадлежали стражи?

— Вы этого еще не знаете? — спросил Максим, уже сознавая, что вот-вот станет автором маленькой сенсации.

— Максим, мы не могли его увидеть. — Рада с мягкой улыбкой смотрела на Максима. — Стражи охраняли все подходы. Мы просто не могли вынырнуть, чтобы осмотреться и понять, что к чему.

— Это был Дагс, — сказал Максим, за столом мгновенно повисла тишина. — С ним была и Яна. Они меня не узнали.

— Вот так номер… — пробормотал Данила. — И ты уверен, что это был именно Дагс?

— Абсолютно, — убежденно ответил Максим. — Они называли его Владыкой. Думаешь, это что-то меняет?

— Это меняет всё… — очень тихо отозвалась Рада.